Євгеній Кисельов: Я приветствую всех, кто в эту минуту смотрит телеканал «Интер». В прямом эфире очередной выпуск программы «Большая политика». В студии ее ведущий, Евгений Киселев. Как всегда, в начале главные темы сегодняшнего выпуска.

 

Євгеній Кисельов: Незаменимые есть. Анна Герман обещала вернуться в журналистику, когда Виктор Янукович выиграет выборы, но вместо этого оказалась заместителем главы президентской Администрации. Почему Президент не отпустил Анну Герман на вольные хлеба? И что она думает о сегодняшнем положении дел в своей прежней профессии? На эти и другие вопросы Анна Герман ответит сегодня в студии нашей программы.

 

Дети и большая политика. Здоровье и безопасность подрастающего поколения, вот что, согласно всем опросам, больше всего волнует всех родителей. Но волнует ли это украинских политиков и что скрывается за красивыми лозунгами о счастливом детстве – реальная забота или обычный пиар на маленьких гражданах?

 

Свобода прессы. Грозит ли Украине цензура и кому прежде всего нужны свободные СМИ? Журналистам, политикам или рядовым гражданам? Подробно обо всем этом в сегодняшнем выпуске нашей программы.

 

Євгеній Кисельов: Таковы главные темы сегодняшнего выпуска, но прежде чем мы начнем здесь в студии разговор с Анной Герман, наша традиционна рубрика в которой звучит мой авторский комментарий и потом мы задаем вопрос нашей аудитории с помощью sms-голосования и телефонного голосования. Глас народа, VOX POPULI.

 

Євгеній Кисельов: Угрожает ли Украине при президенте Януковиче цензура средств массовой информации? Грядет ли наступление на свободу печати включая телевидение? Руководители администрации президента, руководители правительства, депутаты от правящей коалиции, разумеется, отвечают категорическим «нет». Оппозиция напротив говорит о введении цензуры как о свершившемся факте. Более того, постепенно делает лозунг борьбы за свободу прессы и права журналистов едва ли не главным в своей повестке дня. Тактика беспроигрышная, особенно в первые месяцы правления новой власти, ведь критиковать Януковича с Азаровым за кризисное состояние экономики оппозиции не с руки, все обвинения вернутся бумерангом обратно: сами виноваты, кто был у власти прошлые пять лет? В ответ на жалования преследования, дискриминации оппозиции новым властям тоже есть что возразить, мол, а вы что делали в 2005? Критика соглашения «газ в обмен на флот» тоже поубавилась после того, как Юлии Тимошенко напомнили, что сравнительно недавно она сама публично заявляла о готовности к точно такому же размену. Продажа целых отраслей экономики, которую предрекали критики нового правящего режима, пока не состоялась, а вот выступление в защиту свободы слова она всегда эффективны, особенно если для этого имеются поводы в виде открытых писем журналистов, заявление европейских партий и организаций, выступление представителей международных правозащитников, которые профессионально занимаются мониторингом нарушений свободы прессы. Что бы не говорили представители власти, было бы глупо, наивно и безответственно соглашаться с ними на 100% даже если действительно не существует конкретных фактов цензуры, давления, вмешательство в работу средств массовой информации. Природа отношений власти и прессы такова, что в любой стране, даже там, где существуют вековые традиции демократии, между ними идет постоянная борьба, вспыхивают иногда конфликты, ведутся переговоры, заключаются сделки и компромиссы. Это есть даже в Америке, где знаменитая первая поправка конституции США защищает журналистские свободы так, как пожалуй нигде в мире. Так было и в России при Ельцине в девяностые годы, которые сегодня считаются «золотым веком независимой прессы», временем расцвета свободы слова, который следующее десятилетие при Путине была утрачена. Отчасти от того, что власть поставила задачу положить конец журналистской вольнице и чрезвычайно целеустремленно к этому шла, отчасти потому, что журналистское сообщество не смогло или не захотело этому противостоять, а отчасти из-за того прискорбного обстоятельства, что в какой-то момент свобода прессы перестала быть частью минимальной потребительской корзины для большинства граждан, которые с удовольствием разменяли эту свободу на стабильность и порядок в обывательском понимании. Украина, как говориться, не Россия. Здесь у людей иные представления о порядке, об общечеловеческих ценностях, другое отношение к власти. Украина, если угодно, уже жила при Путине, то есть при Кучме, когда средства массовой информации ходили строем. И едва ли наберется много людей, которые хотели бы вернуться в те времена. Однако это вовсе не означает, что проблемы вовсе не существует и свобода слова в Украине незыблема на века, а журналисты могут почивать на лаврах.

 

Євгеній Кисельов: И вот теперь мне хотелось бы задать вопрос нашей аудитории. Как всегда, зрители могут ответить с помощью sms-сообщений, телефонных звонков или непосредственно на сайте в интернете, где идет он-лайн трансляция нашей программы. Вопрос такой: вы лично готовы защищать свободу средств массовой информации? Да? Пожалуйста, набирайте телефон, который видите на своем экране, 01 на конце, нет – на конце 02. Или шлите соответственно цифру 1 или 2 на номер для приема sms-сообщений 105505. Ну, и повторяю, кто смотрит в интернете, в он-лайновой трансляции, то пожалуйста, прямо на сайте можно голосовать. И как всегда в процессе программы и под конец ее мы познакомим вас с результатами нашего опроса.

 

Незаменимые есть. Анна Герман обещала вернуться в журналистику, когда Виктор Янукович выиграет выборы, но вместо этого оказалась заместителем главы президентской администрации. Почему президент не отпустил Анну Герман на вольные хлеба? И что она думает о сегодняшнем положении дел в своей прежней профессии? На эти и другие вопросы Анна Герман ответит сегодня в студии нашей программы. Дети и большая политика. Здоровье и безопасность подрастающего поколения…

 

Євгеній Кисельов: Мы снова в прямом эфире. Мы – это программа «Большая политика» и я, ее ведущий, Евгений Киселев. Как и было обещано, в этой части нашей программы в нашей студии в прямом эфире заместитель главы администрации президента Януковича Анна Герман.

 

Кореспондент: Красива політична легенда свідчить, що після того, як у 2004 році журналістка «Радіо Свободи» прийшла брати інтерв’ю у прем’єр-міністра Януковича, вони, як у казці більше не змогли працювати один без одного. Ганна Миколаївна пройшла з Віктором Федоровичем перше і друге прем’єрство, помаранчеву революцію і два опозиційні періоди. Герман відповідала за комунікації лідера із засобами масової інформації та розбудовувала його особистий імідж в очах вітчизняної та світової преси.

 

Анна ГЕРМАН: Сьогодні Віктор Федорович зустрічався із журналісткою із «Los Angeles Times» і коли я чула, як вони розмовляють, я після цього сказала Віктору Федоровичу: Мені здається, що я свою роль вже виконала. Ви настільки відкриті стали для преси, що я вам більше не потрібна, тому я думаю, що я обов’язково буду писати як вільна журналістка і обов’язково буду критикувати нового президента, якщо він буде щось не так робити.

 

Кореспондент: Але звичайно президент не відпустив цінного кадру. Ганна Герман одержала посаду заступника глави адміністрації президента. Але частково своєї обіцянки Ганна Миколаївна дотримується. Вона дає оцінки стану справ свободи слова в Україні. Пані Ганна чи не єдина, хто висловлювався проти призначення Дмитра Табачника. Герман зробили усе можливе, щоб звільнити з-під арешту Олену Порубій, сестру опозиційного депутата. В останні місяці її впливовість зросла на стільки, що у щомісячному рейтингу «Перша сотня», посівши сьому сходинку, вона обігнала навіть Юлію Тимошенко.

 

Євгеній Кисельов: Анна Николаевна, еще раз здравствуйте. Вот скажите, интересно, приятно вообще быть в рейтинге самых влиятельных украинских политиков выше чем Юлия Владимировна.

 

Анна ГЕРМАН, заместитель главы администрации президента: Честно, Женя?

 

Євгеній Кисельов: Честно.

 

Анна ГЕРМАН: Приятно.

 

Євгеній Кисельов: Ну, хорошо. Мы показали только что отрывок из прошлой уже многомесячной передачи, где вы говорили у нас в прямом эфире о том, что хотели бы вернуться в журналистику. Вот все-таки как получилось? Расскажите. Какой-то разговор был с Виктором Федоровичем? Как вот он вас не отпустил?

 

Анна ГЕРМАН: Были две причины, может быть даже три. Первая причина, что у нас не принято говорить президенту «нет». Вторая причина – мой муж сказал мне: «Ты давала обещание этим людям на предвыборной кампании, ты заставила этих людей тоже вам верить, теперь ты хочешь уйти в сторону? Ты должна отвечать теперь за свои обещания, и ты должна что-то сделать у власти для этих людей». И третье, чисто субъективно. Вы знаете, когда я работала во время предвыборной кампании с журналистами, я видела, сколько молодых и талантливых журналистов в Украине. Я посмотрела в зеркало и подумала, все-таки я уже слишком стара, чтобы быть с ними конкурентной. Я думаю, что мне уже поздно в журналистику. Пять лет тому назад, когда я думала и сказа себе, когда Виктор Федорович придет, станет президентом, я вернусь в независимую прессу, тогда я была просто на 5 лет моложе. А пять лет это все-таки..

 

Євгеній Кисельов: Ну, какие ваши годы, Анна..

 

Анна ГЕРМАН: Ох, що правда то не гріх.

 

Євгеній Кисельов: Вы в интервью говорили, что женщина всегда должна выглядеть как девушка.

 

Анна ГЕРМАН: Так, у Львові кажуть «Ззаду ліцей, спереду музей».

 

Євгеній Кисельов: Ну что ж, давайте возможность дадим вопросы позадавать моим коллегам, здесь присутствующим, а то мы так с вами увлечемся и прощебечем, что говорится все 53 минуты, которые нам отведены на эту часть программы. Я даже не знаю с кого начать. Валерий Калныш, пожалуйста, зам главного редактора газеты «Коммерсант Украины».

 

Валерий КАЛНЫШ: Анна Николаевна, вчера на сайте «Украинской правды» была размещена расшифровка встречи вашей с иностранными журналистами, там был еще и вице-премьер Колесников и там есть один такой момент, который меня несколько покоробил чисто по человечески, когда… там приводятся ваши слова о том, что журналисты во время президента Ющенко «облизывали власть» и я хотел бы у вас в связи с этим спросить, вы действительно думаете, что при президенте Януковиче уровень свободы слова гораздо выше чем при президенте Ющенко?

 

Анна ГЕРМАН: Ви знаєте, єдине чого б я не хотіла, щоб журналісти зараз облизували владу, це зробить дуже погану послугу владі. Журналісти повинні говорити владі правду, а влада, якщо вона мудра, повинна відразу вчитися реагувати і виправляти свої помилки. Якщо ми будемо діяти так: ви будете нам казати, як дуже фахові контролери, які бачать ніби з боку. Бо влада, коли ти перебуваєш у владі місяць, другий, третій, ти починаєш до тієї влади звикати і часом навіть речі, коли ти був у опозиції сказав би «Я б так ніколи не зробив», ти починаєш звикати, що влада – це комфортна для декого штука. І мусить бути хтось, хто вчасно владі скаже «Це не так, ви повинні це виправити». Якщо влада мудра, то вона одразу виправляється і реагує, ця влада має перспективу. Я дуже надіюся, що українські журналісти саме так будуть з нами працювати. Вони будуть нам допомагати в той спосіб, що будуть нам казати, підказувати наші помилки і пропонувати правильні рішення. Мені здається, в цьому полягає свобода слова, не в тому, щоб просто сказати, а влада ніяк не реагує, а так було. У нас було 5 років, там була свобода слова, трохи менше, трохи більше. Можна було б будь що говорити але тяжко було очікувати на реакцію влади на виступи журналістів. І я можу на пальцях однієї руки порахувати випадки, коли справді журналісти добилися виправлення тієї ситуації на яку вони звертали увагу. А я хотіла б, щоб рівень свободи слова при президенті Януковичу був таким, щоб журналісти мали можливість не тільки вільно сказати, що вони думають, а щоб вони були переконані, що на їх слова, на їх критику буде миттєва реакція влади і тоді це справді ефективно.

 

Валерий КАЛНЫШ: Анна Николаевна, маленькое уточнение, вы можете привести случаи реакции президента Виктора Януковича на материалы, которые выходили в прессе и на телевидении, когда он посмотрел…

 

Анна ГЕРМАН: Найсвіжіший, даю найсвіжіший. Сьогодні президент прочитав про смерть студента в шевченківському райвідділі внутрішніх справ міста Києва і реакція його була блискавична. Президент тут же дав доручення міністру внутрішніх справ Могильову провести як найретельніше розслідування, взяв цю справу під свій контроль, Могильов тут же відсторонив начальника шевченківського райвідділу внутрішніх справ, його заступника, оперуповноваженого на той день і дільничного міліціонера. Порушена вже сьогодні кримінальна справа і президент буде тримати цю ситуацію під своїм контролем. Це найсвіжіший приклад того, як президент Янукович реагує на виступи журналістів.

 

Євгеній Кисельов: Анна, простите, раз зашла речь об этой публикации вчерашней на сайте «Украинской правды», скажите на милость, вот действительно вы не любите телеканал «Интер»? Потому что вот здесь прямая цитата: «Я не люблю телеканал «Интер», я вам честно скажу, - Герман взяла паузу, – я не люблю «Интер» потому, что не считаю этот канал правильным и сбалансированным, я вам это говорю откровенно и я это не боюсь».

 

Анна ГЕРМАН: А, ну насправді я рідко чого боюсь. Коли я почула, як Юлія Тимошенко заявила, що ви її не любите, ваш канал і не запрошуєте її, ви її відразу запросили. Я вирішила перевірити вас на лояльність, на збалансованість і до влади. Я зробила таку саму заяву і ви відразу відреагували, ви склали тест на свободу слова і я справді не мала рації, коли сказала…

 

Євгеній Кисельов: На самом деле мы приглашать вас стали в среду, а текст появился вчера. А что касается…

 

Анна ГЕРМАН: Я маю відповідь на це питання. А заявила я це тижнів два тому, тут здається..

 

Євгеній Кисельов: 13 мая.

 

Анна ГЕРМАН: Да, 13 мая. Знаючи прекрасно, що коли ти говориш з журналістами і чим більше ти говориш «ми це не для преси» тим більше ми маєш переконання, що це буде опубліковано. Це був добрий технологічний хід і ви на нього спрацювали, ви здали тест на свободу слова та на збалансованість, я вас вітаю і себе вітаю.

 

Євгеній Кисельов: Оценку то какую ставите?

 

Анна ГЕРМАН: Ну, я думаю, що глядачі вам мають ставити оцінки. Я як працівник влади не хочу ставити оцінки журналістам, бо це може бути сприйнято як тиск на пресу. Але я дуже щаслива, що канал «Інтер» так само реагує на заяви опозиції і на заяви влади. У вас є баланс. У нас все у порядку зі свободою слова.

 

Євгеній Кисельов: То есть никаких угроз? Можно спать спокойно и беспокоится?

 

Анна ГЕРМАН: А хіба були погрози? Погроз взагалі не було? Євгеній, знаєте, коли жінка каже, що вона не любить, не вірте їй з першого слова, спитайте її ще три рази.

 

Євгеній Кисельов: Сергей Высоцкий, политический обозреватель журнала «Фокус», ваш вопрос.

 

Сергей ВЫСОЦКИЙ: Да, Анна Николаевна, вот хорошие были слова сказаны в сюжете вами о том, что президент так хорошо научился реагировать на прессу, на журналистов на их какие-то действия, что вы уже не нужны. Вот этот вопрос будет скорее не от меня, а скорее от Сережи Левченко из «Украинской правды», который добивается уже около полугода или года публикации декларации о доходах Виктора Федоровича Януковича и никак вы ему не дадите. Вот вы можете отреагировать на эту потребность журналистов и общества, узнать о доходах нашего президента.

 

Анна ГЕРМАН: Президент вчасно подав свою декларацію у податкову адміністрацію і дав згоду на її публікацію і те, що трошки затрималось з публікацією, то справді моя вина, бо може я забагато маю таких щоденних обов’язків і не завжди все встигаю але наступного тижня в одному з офіційних видань декларацію буде опубліковано і ви зможете її обговорювати так, як її обговорюєте декларацію президента Обами чи декларацію лідера опозиції чи будь-кого іншого. Все прозоро, вільно і чесно.

 

Євгеній Кисельов: До конца следующей недели в одном из средств массовой информации…

 

Анна ГЕРМАН: Я думаю, що це буде «Урядовий кур’єр»

 

Євгеній Кисельов: В «Правительственном курьере».

 

Анна ГЕРМАН: Я і Лєщенко говорила, ми нещодавно з них зустрічалися. Та він мабуть або не зрозумів або не почув або просив, або засумнівався. Але президент завжди робить

 

Сергей ВЫСОЦКИЙ: Просто он встречается с вами не первый раз и просит это.

 

Анна ГЕРМАН: Президент завжди робить те, що обіцяє, а я у нього вчусь і я буду пробувати наслідувати президента і завжди тримати слово яке я даю.

 

Євгеній Кисельов: Хорошо, давайте теперь на другой фланг перейдем. Ирина Соломко, политический обозреватель журнала «Корреспондент», ваш вопрос, пожалуйста.

 

Ирина СОЛОМКО: Ганна Миколаївна, ви знаєте, з того часу, як Григорій Потьомкін їздив півднем України Катерині другій наші місця пройшло вже майже 3 століття але нажаль таке ганебне явище, як Потьомкіньські села, вони не зникли, з нашої навіть української сучасної політики. Останній приклад – це четвер, коли перед майданом на Львівській Політехніці просто розганяли людей, які протестували проти приїзду Януковича. Насправді тут нічого такого немає тому, що очевидно, що місто Львів ніколи не підтримувало і не.. ну, насправді там підтримка дуже не велика пана Януковича як президента. Насправді треба бути досить відвертими і сказати, що такою хворобою хворіють всі наші політичні лідери. І так само було з Юлею Володимирівною Тимошенко, коли вона їздила сходом, це так само було. Але це все.. У мене складається таке враження, що ви намагаєтесь створити ілюзію навколо людини, тобто сказати, що всі її люблять, що всі її підтримують але на превеликий жаль, це ілюзія є негативною для людей, тобто ми бачимо це зараз тому, що нам дзвонять до редакції підприємці, які кажуть, що на них чиниться дуже великий тиск з боку податкової, що з них зараз буквально вичавлюють податки, що дуже великі на них штрафи накладають. Коли я про це говорю з вашими колегами із Партії регіонів, то вони мені кажуть, що вони про це не знають. Дуже класна позиція, от я не знаю, значить цього немає. От у мене до вас питання. Скажіть будь ласка, хто таким чином організовує систему інформування президента і що відбувається в країні і наскільки ця система гарантує об’єктивність, що президент справді отримує всю ту інформацію про все, що відбувається в країні? Дякую.

 

Анна ГЕРМАН: Я можу вам сказати з абсолютною упевненістю одне, що президент України найбільш проінформована людина в Україні. Ніхто не мусить його спеціально інформувати, він отримує інформацію з абсолютно різних джерел, незалежних джерел, в тому числі із преси, із Інтернету. Перед нашою програмою я зайшла до президента властиво через оці доручення його про справу студента, який загинув і побачила на його столі оцю публікацію з «Української правди». Я знаю, які моніторинги дають президенту і у сьогоднішньому моніторингу цієї публікації не було, він просто сам клікнув і її видрукував, тому щось приховати від президента..

 

Євгеній Кисельов: Президент умеет сам распечатывать материалы?

 

Анна ГЕРМАН: Так, звичайно. Тому тяжко щось приховати від президента навіть якщо хтось хоче це зробити. І я абсолютно переконана, що президент буде реагувати і на вашу сьогоднішню фразу про тиск податкових чинників. Ну, президент не є голова податкової адміністрації але те, що ви сказали, я переконана, що президент зверне на це увагу і обов’язково подивиться на це, перевірить і я думаю, що справу будуть поправляти. Стосовно того, що ми створюємо ілюзію такої загальної любові до президента, як ви сказали. Знаєте, ми не мусимо творити ілюзію. Ви подивіться на президента України, я думаю, що його справді тяжко не любить і це бачать всі тут люди і те, що він робить і те, як він працює, для цього ми не мусимо творити ілюзії. Те, що у Львові забагато міліція пробола продемонструвати, знаєте, як вони уміють вірно служити президенту, президент це розуміє, президент на це дуже іронічно дивився, дивився на це все дуже спокійно. Президент приїжджав до Львова притягнути туди інвестиції, дати рух економіці у Львові, щоб були створені нові робочі місця, щоб Львів не випав з програми «Євро-2012», а, я думаю, що звичайно його як кожну людину хвилює і турбує, як його сприймають люди але найбільше його турбує, що зробити до цього краю, бо він ставиться до всіх регіонів так само, як до Донецька, до Луганська, до Криму, до Львова. Я пригадую один такий випадок. Моя приятелька вийшла заміж і мала дитинку і той хлопчик казав вітчиму(це був його не рідний батько): я тебе не люблю. А вітчим казав: А я тебе люблю. Я тебе не люблю. А я тебе люблю. А я тебе не люблю. Але я тебе люблю. І тоді хлопчик сказав: І я тебе люблю. Я переконана, що Львів скаже так само.

 

Євгеній Кисельов: Как говориться, вашими устами да мед бы пить. Вот знаете, на самом деле Ирина подняла на мой взгляд существенный вопрос. Ведь из опыта других стран, например, России в том числе, мы знаем очень часто, что власть выражает, мягко говоря, недовольство деятельностью средств массовой информации опосредованным образом. Вот, насылает налоговую инспекцию, санэпидемстанцию, пожарную инспекцию. Иногда проблемы средств массовой информации начинаются не из-за того что они написали, ни слова там со стороны власти не звучит упрека, а выясняется, что у них там не соблюдаются нормы пожарной безопасности или количество квадратных метров редакционной площади на одного сотрудника и так далее и тому подобное. И потом, знаете, как говорится, журнал такой-то, радиостанция такая-то, телеканал под таким то названием. Приказал долго жить просто потому, что оказался нарушителем финансовой, пожарной службы, сангигиенической, дисциплина или просто убыточной. Вот насколько такие угрозы на ваш взгляд существуют для средств массовой информации, ведь в конце концов в стране есть не только президент, в стране есть и другие высокопоставленные чиновники и люди во власти они, как журналисты, они знают прекрасно. Многие люди во власти знаете ли, они хотели бы держать прессу на коротком поводке даже, если президент горой за свободу слова, горой за свободу печати.

 

Анна ГЕРМАН: Я би не поважала наших глядачів і вас і колег журналістів, якби я сказала, що такого не буває, звичайно буває, звичайно кожна влада воліє мати лояльну до себе пресу і не тільки в Україні, у всіх державах світу влада хоче, щоб преса її любила. Вона намагається у якійсь спосіб якщо не завоювати ту любов, то принадні змусити пресу себе любити якимись іншими засобами але ви знаєте, що таке примушування до любові, примушування до любові – це ґвалт, а ґвалт – це злочин. І я хотіла, щоб ми з вами і, може, мого виправдання у адміністрації президента буде тим, що буду пробувати тримати ці речі під контролем і як тільки ми з вами зауважимо такі факти, ми повинні на них дуже жорстко реагувати. Я була у Львові вчора з президентами газети «Експрес», які мали проблеми з податковою міліцією.

 

Євгеній Кисельов: Они вам там предъявили какое-то открытое письмо.

 

Анна ГЕРМАН: Так. Вони мали проблеми з місцевим прокурором Баганцем, до речі це той самий прокурор, який і мене викликав в генеральну прокуратуру у 2005 році по телевізору, викликав у Донецьк і коли я нарешті прийшла та зустрілася з його слідчим, мене запитали, що ви робили у якомусь там сімдесятому році, коли з Януковича знімали судимість, чи ви мали вплив на суддів. Я кажу: побійтеся бога, порахуйте тоді скільки я тоді мала років, я була школяркою ще у Львівській області і мало собі уявляла що таке Донецьк. Це той самий Баганець, тепер він прокурор у Львові.

 

Євгеній Кисельов: Растут люди.

 

Анна ГЕРМАН: Так, ростуть. Тепер він тисне на журналістів, які критикують його діяльність, його стиль роботи. Сьогодні я ознайомлювала президента з цим листом, який передали журналісти і президент видав доручення на генеральну прокуратуру Медведьку щоб негайно цю справу з’ясувати і щоб зробити все, щоб не було жодного зволікання з розслідуванням цієї справи проти спричинення тиску на журналістів газети «Експрес», щоб якнайшвидше це закінчити і покарати винних у тиску на журналістів. Це такий приклад того, як ми можемо разом, якщо журналісти будуть активні, не будуть мовчати, а я буду вашим таким посередником, так? І я думаю, мі зможемо контролювати такі речі, пересікати і влада на всіх рівнях все ж таки звикне, що тиснути на пресу не можна, не можна, не треба, що це пересікається, що це карається і ми потроху звикнемо до демократії і забудемо про те, що можна навіть думати про якесь повернення до будь-яких інших недемократичних способів життя суспільного.

 

Євгеній Кисельов: А не получится ли, что вместо давления на средства массовой информации появится давление на следствие ведь это получается управление в ручном режиме, ведь это же не очень хорошо.

 

Анна ГЕРМАН: Розумієте, дивіться, захист прав людини, захист демократичних свобод, а в який інший спосіб ми можемо цього добиватися? Дивіться, коли був випадок з сестрою Порубія, я дійсно втрутилась, я чесно вам кажу тому, що людина захворіла, людина була закрита за ґратами і до неї не допускали лікарів, треба було вибирати. Або казати, що мене завтра звинуватить БЮТ у втручання у роботу правоохоронних органів або захистити людське право людини на медичну допомогу, правда ж? Так, БЮТ зробив заяву, що Герман мусить піти у відставку, бо вона втрутилась але я не шкодую навіть якщо б і так, я б втратила цю посаду. Це виправдовує тому, що якщо треба чітко відрізняти, якщо ми стоїмо на захисті прав і свобод людини, демократичних засад, то треба сміливо йти і не боятися того, що тебе хтось у чомусь звинуватить. Нема гіршого звинувачення і гіршого злочину аніж замах н право людини бути вільною. Даруйте, ми на такий дуже високий штиль перейшли.

 

Євгеній Кисельов: Ну, вот Алене Порубий повезло потому, что вы ее лично знаете а ведь вполне вероятно, что по следственным изоляторам сидят люди которых вы лично не знаете, сейчас они вам начнут еще писать.

 

Анна ГЕРМАН: Тому президент і розбудовує систему. Тому президент і поставив питання про реформу всієї правоохоронної системи, судової системи, тому вже цими днями презентація цього цілого пакету законопроектів буде вже наступного тижня і президентська ініціатива – подати до верховної ради пакет законів, які зможуть реформувати судову систему і правоохоронні органи взагалі, щоб ми виробили, щоб не требо було чекати чи ти маєш телефон когось з адміністрації чи ні, щоб діяла система захисту прав людини. Це дуже непроста справа, бо суди страшні в Україні, ми це всі знаємо, але щось треба починати, а поки не діє система, нажаль ми мусимо особисто втручатися тому що кожен день життя людини – дорогий і людина не може чекати почне діяти реформа у судових органах.

 

Євгеній Кисельов: Пожалуйста, вопрос Виталия Дикого, радио «Эра FM».

 

Виталий ДИКОВ: Пані Ганна, у мене дуже коротке питання, ваше ставлення до такої журналістської громадської кампанії «Стоп цензура», власне мотивація, ну, ваше суб’єктивне ставлення цього. І ще одне маленьке підпитання. Чим закінчилася історія з листами представників каналу «Інтер» та СТБ, власне комітет Верховної ради повинен був розібратися з цим питанням, тож знайшли винних. Хто там чинить тиск на журналістів?

 

Анна ГЕРМАН: Знаєте, якби ви мені дали один конкретний приклад тиску на пресу з боку влади, з боку адміністрації президента, я могла би вам відповісти. Я справді не знаю таких прикладів і мені тяжко тому відповідати на ваші запитання.

 

Виталий ДИКОВ: Але ж явище таке існує і на одному сайті у поважних є навіть підписи 260 осіб, якщо я не помиляюсь.

 

Анна ГЕРМАН: Знаєте, давайте думати що таке цензура, так? Давайте визначимось що таке цензура. От є приватний канал, він має свою політику, політику власника цього каналу. Будьмо щирі та відверті, дуже часто буває, що власники каналів використовують свій вплив на сьому каналі для залагодження якихось своїх інтересів чи з владою чи з опозицією. Знаєте, треба чесно признати, так воно і є. Чи це цензура чи це редакційна політика. Тому що з боку влади нема ні темників. Ви не можете назвати жодного прикладу, щоб хтось комусь подзвонив і сказав «давайте той сюжет, а того не давайте». Ніколи з боку влади за останні 90 скількись днів такого не було. Тим часом…

 

Євгеній Кисельов: Коллеги, подтверждаете? Кому-нибудь звонили?

 

Сергей ВЫСОЦКИЙ: Но эти же разговоры остается вне рамок редакции.

 

Анна ГЕРМАН: Під час виборчої кампанії працювали канали і на владу і на опозицію, вибори для каналів, погодьмося, це буває і бізнес, це реклама від виборів, це якісь домовленості, можливо, якісь впливи з цього приводу. Але з цим усім треба добре розібратися, треба з’ясувати де тут істина, як при тому, що в Україні є приватні канали. А ми знаємо, що в Росії були… От ви Євгеній добре знаєте, так НТВ він був..

 

Євгеній Кисельов: От был частным.

 

Анна ГЕРМАН: Він був приватний і став державний, так?

 

Євгеній Кисельов: Ну, он стал опосредованным образом державный, потому что он принадлежал компании «Газпром-Медиа», которая в свою очередь контролировалась Газпромом, а Газпром – это компания, где большинство акций принадлежит государству.

 

Анна ГЕРМАН: Вже перейшовши у державну власність цей приватний канал став кращим, гіршим, вільнішим..

 

Євгеній Кисельов: Он стал другим, другим, прежде всего.

 

Анна ГЕРМАН: Ми повинні розуміти, що ми живемо в нових умовах. Є приватне телебачення. Треба будувати…

 

Євгеній Кисельов: В России.. извините, я вас перебью, в России крупнейшие самые влиятельные каналы, которые имеют самый большой охват, самый высокий рейтинг, самую большую долю аудитории, они всегда принадлежали государству. Первый канал, который в Украине смотрят те, кто имеют возможность принимать спутниковые телепередачи. Эти каналы принадлежат государству в отличии от Украины у которой есть только УТ-1.

 

Анна ГЕРМАН: Ви знаєте, я вважаю, що державні медіа – це архаїзм і нам треба відходити від державних медіа. Треба зробити правила гри, а точніше законодавство чітке і виробити, знаєте, законодавство в інформаційній сфері, події і життя в Україні, розвиток інформаційного бізнесу, він випереджує закони, так? Треба подивитися на нову ситуацію, оцінити її, проаналізувати і виробити такі правила гри, які б забезпечували нам одну річ, якщо канал діє в Українському інформаційному просторі, то для нього мають існувати стандарти демократії і свободи слова незалежно від того чи цей канал приватний чи не приватний.

 

Євгеній Кисельов: Подождите, вы хотите сказать, что должны быть написаны правила взаимоотношений между владельцами каналов, менеджерами и редакционным составом?

 

Анна ГЕРМАН: Знаєте, я не готова тут давати якихось дуже конкретних таких порад тому що я думаю що ми, журналістська спільнота, ми мусимо зібратися і подискутувати дуже поважно на цю тему. Ось тут сидить Олександр Мартиненко, який входить у громадську гуманітарну раду при президентові України і з яким ми зовсім недавно говорили про те, що громадська рада при президентові теж може ініціювати створення таких робочих груп з великою кількістю журналістів з іменами, коли ми будемо пропонувати парламенту ті підходи, ті закони, які забезпечать нам свободу слова в Україні. Ще один шлях – це розбудова громадського радіо і громадського телебачення. І ми зараз над цим працюємо. І я буду почуватися дуже щасливою якщо при завершенні першої каденції президента Януковича в Україні будуть зроблені вже реальні кроки до існування в нашій державі громадського телебачення. Це теж не проста проблема.

 

Євгеній Кисельов: Общественное телевидение? И стазу вопрос: За счет чего оно финансируется? Главный вопрос общественного телевидения – источник финансирования.

 

Анна ГЕРМАН:Так, так, ми..

 

Євгеній Кисельов: Общественное телевидение BBC, извините, что я вас перебиваю, Анна, оно финансируется за счет того, что каждый гражданин Великобритании, который смотрит телевизор платит, причем серьезные деньги платит, за лицензию за просмотр телевидения.

 

Анна ГЕРМАН: У деякий країнах, ми вивчаємо зараз досвід декількох країн. В деяких країнах є фінансування на громадське телебачення із державного бюджету, певне фінансування але я боюся того. Всюди, де держава дає гроші, вона буде намагатися контролювати, тому оце питання фінансування, воно, мабуть, найскладніше у питанні створення громадського телебачення але треба приходити до якоїсь спільної думки, треба виробляти механізм і треба дивитися вперед. Звичайно ми не забезпечимо такої ідеальної свободи слова, не більше як В’ячеслав Чорновіл казав «Я не вірю в незалежну пресу, але я вірю в незалежних журналістів». І ви знаєте, коли я дивлюся зараз на дуже багатьох своїх колег по цеху, а я приписую себе до цеху журналістського і буду себе завжди приписувати, то я бачу там стільки незалежних журналістів, високопрофесійних, класних, що я хочу повторити ці слова В’ячеслава Чорновола, я можу поки не до кінця вірю в свободу преси, але я вірю в незалежних журналістів.

 

Євгеній Кисельов: Пожалуйста, упомянутому вами Александру Мартыненко дадим, Александр Витальевич, ваш вопрос.

 

Александр МАРТЫНЕНКО: Ну, з приводу суспільного телебачення і фінансування, то дійсно можна багато говорити. Я б пропонував повернутися до досвіду такої країни, як СРСР. Мало хто знає, але суспільне телебачення у СРСР фінансувалося з відсотка від ціни телевізора, до речі. 50 карбованців, якщо я не помиляюсь з кожного телевізора йшло на фінансування телебачення, воно автоматом йшло і слава Богу.

 

Євгеній Кисельов: Он был в стоимости каждого приемника заложен?

 

Александр МАРТЫНЕНКО: Да, вот 655 рублей, как сейчас помню стоил телевизор «Березка Ц-202», из них 50 было на телевидение. Я знаю потому, что я не телезаводе работал, между прочим. А вопрос у меня на самом деле такой, вы знаете, мы сейчас говорили о журналистской инициативе за которую подписались много людей. Знаете, у меня такое впечатление, собственно и в России, мне кажется, такой же процесс происходил. Я недавно слушал журналиста Порхоменко, был такой в «Итогах» на НТВ работал.

 

Євгеній Кисельов: Сергей Пархоменко был главным редактором журнала «Итоги».

 

Александр МАРТЫНЕНКО: Да, он сказал одну очень хорошую мысль о том, что в России, когда пропала оппозиция как класс в России, тогда пресса начала играть ее роль, этой оппозиции то есть де-факто как бы. Вот у меня такое впечатление, что процесс идет примерно такой же то есть пока оппозиция у кого-то потеряла доверие, в том числе у журналистов многих, кстати говоря, у кого-то не вызывает никаких эмоций да и вообще часто спит. И люди, которые, так или иначе, с президентом не согласны, они начинают играть роль этой оппозиции. То есть по сути дела становясь громадськими діячами общественными деятелями что, в общем то восполняет пробел, который пустует потому что все знают, что Юлия Владимировна занимается как бы своим делом, есть там Яценюк, который занимается своим делом то есть нет доверия у оппозиции, в том числе у журналистов. А вот мне интересно ваше мнение как вы к такой ситуации относитесь, то есть когда журналист на самом деле играет уже общественную роль, это не просто информирование и развлечение, как мы все привыкли, пресса информирует, мы развлекаемся, а это уже другая роль, роль общественного деятеля.

 

Анна ГЕРМАН: Ви знаєте, дякую вам за цей дуже цікавий погляд, це дуже несподіваний хід. Я згадую свою ранню журналістику, коли я щойно прийшла на радіо «Свобода» і ми намагалися бути там святішими за Папу римського. Ми давали матеріали, а тоді починалася розвал Радянського Союзу, оці процеси національно-визвольні і ми так палко, знаєте, як справжні патріоти цих нових процесів писали свої матеріали. І мені загорнув раз редактор з заходу цей матеріал, другий раз. Я кажу: Але чому? Він каже: Але мене не цікавлять твої політичні погляди, ти журналіст, ти маєш свою функцію, ти маєш дати суспільству інформацію, ти маєш проінформувати людей абсолютно безсторонньо про те, що робить влада, що робить опозиція, це не твоя роль – виступати трибуною, пропагандистка і захисником…

 

Євгеній Кисельов: До тех пор, пока вы не автор колонки «На полосе мнений», если это о газете идет речь.

 

Анна ГЕРМАН: Ти повинен вибрати: або ти журналіст і тоді твоя функція збалансованого і безстороннього інформування суспільства, або ти йдеш у політику і стаєш політиком. В Україні це все проблеми росту, це брак досвіду, це навіть, я вам скажу, провінційність деяка журналістська, так? Так як оця публікація в українській правді, колись десь хтось там підслухав, колись небіжчик Кривенко казав, приїхав до Варшави, а тоді як раз були плівки Мельниченка. Я кажу, Саша, як там справи. Він каже: Знаешь, майор в стране не один. Тому сьогодні, коли побачила, що хтось там підслуховував, записував, що ми там журналістам.. Я вже не кажу, що коли ти віриш комусь і ти говориш з ним і ти кажеш: Ми зараз говоримо не для публікації, а тобі роблять так, що дають зрозуміти, що неможна вірити людям, це просто по-людськи боляче. Але, знаєте, є таке правило, я сама була журналістка. Треба завжди пам’ятати що ти говориш журналісту і що він може переступити деякі етичні норми і написати все, що ти йому кажеш. Все? Право журналіста. Не буває глупих запитань, бувають глупі відповіді, тому треба думати над відповідями. Але як відрізнити, як розділити політику, якусь свою життєву позицію, чи ти маєш право її висловлювати. Очевидно ні, ти маєш право давати суспільству перевірену високоякісну інформацію тому що це продукт, який ти виробляєш, це та деталь, а журналістика – це верстак. Ти мусиш зробити досконало свою деталь. Я пам’ятаю ще один випадок. Пам’ятаєте, Кучма мав їхати до Праги на саміт і довго вирішувалось поїде кучма чи ні. Я мала інформацію ввечері від Горбуліна, що Кучма поїде. Я подала цю інформацію на радіо «Свобода», мені сказав редактор: чи ти маєш підтвердження цієї інформації з трьох незалежних джерел? Ви знаєте, мені так хотілося подати першою ці інформацію, що я сказала «маю», а я не мала. Я цілу ніч не спала. Я думала, якщо завтра виявиться, що Кучма не їде до Праги, я багато втрачу в кар’єрі, бо я втрачу вірогідність, як людина, яка подала факт не до кінця перевірений. Але це є стандарти західної журналістики і це стандарти доброї журналістики, коли ти мусиш перевірити факт з трьох незалежних джерел і тільки тоді він дається до публікації. Нажаль, ми ще не маємо такі високі стандарти журналістки і мусимо просто це завжди тримати в голові, що треба робити один пишем, два в уме.

 

Александр МАРТЫНЕНКО: Анна Николаевна, ну, Кучма мог не поехать до Праги даже если бы у вас было три подтверждения.

 

Анна ГЕРМАН: Ну, я говорю зараз про професійну етику, а Кучма, знаєте, хай собі робить що хоче.

 

Євгеній Кисельов: Вопрос о профессиональной этике и о том, что вы говорили чуточку раньше. После этой истории с публикацией на «Украинской правде» вы продолжите встречаться, скажем так, с журналистами для разговора не для печати.

 

Анна ГЕРМАН: Так, бо завжди краще вирити людям аніж не вірити їм, бо людей, яким варто довіряти, їх в журналістиці більше ніж тим, хто може зловжити твоєю довірою. Завжди треба ризикувати і завжди треба шукати в людини більше доброго, це завжди виправдовує, це такий аванс, який ти даєш людині. Ти кажеш: Я знаю, що ти мене обдуриш але я тобі вірю і ти маєш маленьку надію, що у ньому десь там щось там поворухнеться і він не обдурить тебе, це класний виховавючий шанс.

 

Євгеній Кисельов: Пожалуйста, следующий вопрос. Политический обозреватель газеты «Сегодня» Александр Чаленко, ваш вопрос.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Анна, добрый вечер, я рад тебя видеть, вот уже два месяца тебя не видел лично в живую после того как ты меня исключила из президентского пула после поездки в Москву.

 

Євгеній Кисельов: Было такое?

 

Александр ЧАЛЕНКО: Да. Господа телезрители, вы видите перед собой журналиста, который представляет газету «Сегодня», которая принадлежит народному депутату из Партии регионов, Ринату Ахметову, да. Я вот ездил, я был в пуле премьер-министра Януковича, когда стал президентом Ющенко, меня в пул не брали, когда министром была Тимошенко меня тоже не брали. Один раз я успел съездить в Москву и задал не тот вопрос, который не понравился Анне Герман по поводу, это я задал вопрос Януковичу, а примет ли он, может ли он дать слово, что к 9 мая будут отменены указы о присвоении Бандере и Шухевичу звания героя Украины. После этого я уже никуда не ездил. Анна Николаевна, вот вы сами из Галичины…

 

Анна ГЕРМАН: Саша, давай я… Ти мене завжди кликав по імені, я тебе теж.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Ну давай на ти.

 

Анна ГЕРМАН: Так, давай на ти, так як ми працювали. А ти не пробував запитати чому я засумнівалася що ти справді мав би їздити в пулі президента, ти не пробував мене про це запитати?

 

Александр ЧАЛЕНКО: Подожди…

 

Анна ГЕРМАН: Ти не запитав, ти зробив свій висновок. А я тобі скажу, коли ми подивилися.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Подожди, подожди одну секунду, чтобы люди знали, ты позвонила мне…

 

Анна ГЕРМАН: Саша, а дозволь мені відповісти.

 

Євгеній Кисельов: Давайте не будем так погружаться во внутреннекорпоративную разборку, да?

 

Анна ГЕРМАН: Давай, я тебе уважно слухала, ти мене уважно слухай тепер, потім знов я тебе буду уважно слухати і будемо шанувати одне одного, як колеги. Отже ж, коли я прочитала в газеті «Сегодня» звіт про поїздку президента до Москви, це був перший офіційний візит президента, дуже важливий, де було заключено дуже багато важливий для країни умов. З цього всього я прочитала, що найбільше уваги приділено було якої довжини була у мене спідниця. Я подумала, що брати журналіста в пул – це дуже коштовно для держави, так? Це багато коштує, це літак, це всі інші видатки і якщо ми беремо журналіста лише для того, щоб він написав якої довжини у мене спідниця і в якім я була пальто і в якій куртці, це, мабуть, для держави дорого. Я не можу так зловживати державними грошима.

 

Александр ЧАЛЕНКО: ты обманываешь сейчас.

 

Анна ГЕРМАН: Я вважаю…

 

Євгеній Кисельов: Ой-ой-ой, Саш, давайте только..

 

Анна ГЕРМАН: Саша, есть опубликация.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Ты мне еще в самолете сказала о том, что еще до моей публикации, статьи, ты сказала: Чаленко с нами больше в командировки не поедет. Все, это не правда, то что ты сказала – это не правда.

 

Анна ГЕРМАН: Саша, а давай піднімемо публікації.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Хорошо, давай поднимем публикации. Хорошо, по поводу юбки я твоей написал, так что на всю статью.

 

Анна ГЕРМАН: Ну, я вважаю, що брати тебе до Москви в державний літак за державні гроші, щоб ти писав про мою спідницю – це витрачання державних грошей. Я, як державний чиновник, такого не можу собі дозволити.

 

Євгеній Кисельов: Подождите, Александр, я прошу прощения, я не понял, ваш вопрос, вы хотели вот публично в эфире разобраться с Анной Николаевной по поводу того почему вас из пула исключили? Это был вопрос.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Нет, я вопрос хотел не об этом. Я хотел спросить следующее. Вам не понравился мой вопрос, то есть тебе не понравился мой вопрос по поводу бандеровцев. Я знаю, что ты дружишь с сыном…

 

Анна ГЕРМАН: Бадеренко.

 

Александр ЧАЛЕНКО: ДА и ты дружишь и с Юрием Шухевичем, все об этом знают, да?

 

Анна ГЕРМАН: Саша, а ты мне с кем еще разрешаешь дружить?

 

Александр ЧАЛЕНКО: Да я, Бога ради, с кем хочешь с тем и дружи. Почему ты находишься в Партии регионов, которую большинство не любят бандеровцы, ты знаешь прекрасно. Не тяжело тебе перебывать уже 7 лет в бандеровском подполье Партии регионов? Я об этом тебя хотел спросить.

 

Анна ГЕРМАН: По-перше.

 

Александр ЧАЛЕНКО: Еще раз говорю, я по поводу пула, Бога ради, я никуда не собирался ехать.

 

Анна ГЕРМАН: Я мушу відповісти. Я скажу, що лідер Партії регіонів, Віктор Янукович, президент всієї України, в тому числі і тієї частини України, яка думає інакше ніж ти. Я вважаю, що ця частина України теж має право, щоб хтось в тій владі репрезентував і її інтереси. Знаєш, називаючи мене бандерюкою, це хай лишиться на твоєму сумлінні, це твої проблеми. Я тебе називати і обзивати не буду ніяк, бо я ніколи не обзиваю людей. Але я вважаю, що Партія Регіонів – це не партія одного регіону ані Донецьку, ані Луганську, ані кримського, це партія всіх регіонів України. Всі регіони України мають бути в ній представлені і це партія, яка буде захищати інтереси кожної людини в Україні, які б вона погляди не мала і де б вона не проживала і це партія демократична, яка гарантує, що твої почуття, твої цінності, якими б вони не були, навіть такими, що не узгоджуються з твоїми, Саша, будуть пошановані тому, що демократія – це пошанівок поглядів, традицій і переконань кожної людини, а не певної частини тільки тих, які за тебе голосували. Я думаю, що мої колеги по партії це розуміють і якщо б вони це не розуміли, я б у цій партії не була.

 

Євгеній Кисельов: Анна Николаевна, а вот у меня вопрос такой, извините, мне приходилось не раз слышать от разных людей, которые, ну, скажем, давно погружены в украинскую политику, что вы, в некотором смысле, являетесь интерпретатором для Президента, для Виктора Федоровича Януковича, психологии, умонастроения, людей, которые живут на западе, галичан, которых, в общем, в его окружении довольно мало.

 

Анна ГЕРМАН: Ви знаєте, мені здається, що це корисно, Президент мусить розуміти весь свій народ, Президент мусить знати весь свій народ і Президент мусить розуміти, що почувають люди, які живуть в Україні, в тій частині, на Галичині, а що в Криму. Тому біля Президента багато інших людей з різних частин України і якщо би я прсиулжилася до того, щоби Президент більш розумів свій народ на заході Україні, я би вважала, що я зробила якусь корисну справу.

 

Євгеній Кисельов: Ну вы делаете это действительно, вы пытаетесь это делать?

 

Анна ГЕРМАН: Я просто живу і я просто працюю. І якщо це комусь помогає, то я дуже рада, якщо це комусь шкодить – я відійду, ви просто мені скажіть Саша, якщо це шкодить Україні те, що я є така, як є, що я з західної України, що маю такі погляди, що говорю по українські, якщо це шкодить Партії регіонів і Президенту України, я готова, хоть сьогодні, відійти.

 

Євгеній Кисельов: Секундочку, у нас один из ваших коллег, Сергей, еще не имел возможности задать вопрос, а времени мало остается, простите меня. Леонид Швец, зам главного редактора «Газеты по-киевски». Ваш вопрос, пожалуйста.

 

Леонид ШВЕЦ, «Газета по-киевски»: Анна Николаевна, ну, как-то по ходу вы так легко отбросили тот факт возникновения журналистского движения «Стоп цензура». Ну, получается бес людей попутал, цензуры нет, а они чего-то собрались. В принципе уважаемые люди, уважаемые журналисты, многих из них вы наверняка лично знаете. Окей, по вашему цензуры нет, но по всей видимости нет доверия к новой власти, ничего хорошего, по видимому, эти журналисты не ожидают, они ожидают цензуру от новой власти. Как вы поясняете появление такого движения.

 

Анна ГЕРМАН: На сам перед, серед тих людей насправді багато людей, які відчули на собі, ну, якийсь може тиск з боку власників, менеджменту каналу, вони потрактували це, як цензуру. Ми говорили про те, що домовимось – що таке цензура. В моєму розумінні цензура з мого боку була би, якщо б я комусь вказувала, чи Президент, чи будь-хто з влади, так? На даному випадку ми з вами погодились, що такого нема. Є інші види тиску, якщо ми їх назвемо цензурою, я погоджуся. Багато серед тих журналістів є таких, що справді відчули себе чомусь некомфортно в тій ситуації, вони повважали, що це цензура, вони мають право об’єднатися в будь-який рух, але є там і журналісти, яких використовує опозиція, тому що опозиції зараз дуже вигідно створити з України образ держави, де є тиск на пресу, де нема свободи слова і так далі. Це дуже зручна формула, на це дуже легко купуються західні політики, експерти – от в Україні когось душать і так далі. Цим дуже легко маніпулювати. Знаєте, вчора мені подзвонів Осман Пашаєв з «СТБ», ми з ним теж говорили про цей рух цензури і Осман мені сказав таку річ: Знаєш, от колись я писав про відпочинок влади, а зараз інформація ця від мене закрита і я не маю право писати про відпочинок влади. Я кажу: Осман, а який відпочинок. За трохи менше, ніж сто днів не було не тільки не одного дня відпочинку, справді не було не одного дня відпочинку. За винятком того часу, коли ми просто спимо кілька годин дома. Президент взяв справді дуже швидкий темп, бо він знає скільки йому треба зробити, щоб до кінця року добитися кінця спаду економіки і добитися зростання. Для цього треба дуже тяжко працювати і справді, ми ще не мали відпочинку. Але я не розумію, що закрито від журналіста, якщо ще… ну, буде відпочинок, прийде літо, будуть відпустки, ну тоді будем говорити, пиши скільки хочеш, але як мені відкрити право для журналіста писати про наш відпочинок, якщо в нас ще не було відпочинку, ну не було.

 

Леонид ШВЕЦ: Извините, я немного добавлю. Вы сказали, что может быть среди тех журналистов есть те, которые ощутили некое изменение позиции собственников. Эта позиция изменилась с приходом Виктора Януковича на пост Президента, наверное, да.

 

Анна ГЕРМАН: Ви знаєте, коли за уряду Юлії Тимошенко звільнили журналіста з «Нового», здається, каналу за те, що він показав лише, як було, все це пропало, власник звільнив цього журналіста, я цього журналіста захищала, але чомусь жоден журналіст тоді не піднявся, не піднявся рух на захист того журналіста, не піднялася медіа-профспілка. Ніхто не сказав – давайте доб’ємося, щоб його востановили на роботі, адже що він такого зробив, він показав лише так, як було. Чому, коли… пробачте, зараз. Чому, коли Юлія Тимошенко, і ви це знаєте, на своїх брифінгах не давала можливості ставити питання наперед невідомі їй, коли вона тут, навіть, в студії не відповідала на питання конкретні, які ви їй ставили, а говорила те, що вона там мала запрограмоване.

 

Євгеній Кисельов: Ну, ну, это роль политика, политик говорит то, что он хочет сказать, а не то, что от него ждет журналист.

 

Анна ГЕРМАН: Чекайте, добре, я розумію, але коли власник, тоді, той же Пінчук, він же власник цих каналів і тоді був власник, звільнив журналіста лише за те, що журналіст написав про Прем’єр-міністра, дав про прем’єр-міністра Тимошенко правдиву інформацію, тоді це не був тиск власників на журналіста, а тепер, знаєте, власники каналів – це їх бізнес, вони пробують за допомогою цього бізнесу про щось там домовлятися з владою. Давайте будемо контролювати це і ми вже казали як, давайте творитимемо систему законів при яких будуть гарантовані стандарти свободи слова.

 

Євгеній Кисельов: Анна Николаевна, вы меня извините, ради Бога, вот что касается руководителя канала, на котором мы работаем, они сейчас с меня снимут голову за то, что мы сейчас можем перебрать время и вовремя не уйти на рекламу.

 

Анна ГЕРМАН: Они не снимут, потому что Хорошковский умный человек.

 

Євгеній Кисельов: Но на рекламу нам, тем не менее, надо уходить. Поэтому, я благодарю вас, гостем программы сегодня была Анна Герман, зам главы администрации Президента. А мы продолжим наш выпуск.

 

Анна ГЕРМАН: Спасибо.

 

Кореспондент: Євгеній Кисельов: Далее в программе. Сколько жертвует на добрые дела первый номер в рейтинге ста крупнейших украинских благотворителей Ринат Ахметов. Почему на десятом месте в этом списке оказалась бывшая первая леди Екатерина Ющенко, которая так и не построила больницу «будущего». Когда, наконец, в Украине появится эта больница и почему судьба детей сплошь и рядом становится разменной монетой в политической игре. Об этом через несколько минут в следующей части «Большой политики». Оставайтесь с нами на канале «Интер».

 

РЕКЛАМА.

 

Євгеній Кисельов: Мы переходим к заключительной части нашего выпуска. Мы – это программа «Большая политика» и я, ее ведущий, Евгений Киселев. 1 июня во всем мире отмечается День защиты детей и сегодня мы посветили, решили посветить, вот заключительную часть нашей программы этой теме – дети и политика. Потому что, с одной стороны есть вечная тема, вечные ценности, наши дети, с другой стороны наша программа все-таки о политике. И этот сегмент выпуска мы начнем с материала, который мы подготовили для него специально.

 

Кореспондент: За усіма соціологічними даними тема дітей та їх здоров’я є однією з найбільш хвилюючих для українського суспільства. Тому не дивно, що політики та їхні технологи частенько зловживають цією темою задля електоральних балів. Слід сказати, що тут вони не є новаторами. Цими прийомами вміло користувались перші радянські вожді, тоді силою партійної ідеології не мультиплікаційні герої і навіть не видатні спортсмени, а саме Ленін і Сталін були найкращими друзями дітей. Пройшли роки, а ситуація майже не змінилася. В 2003 втрачаючи свій рейтинг Леонід Кучма надсилав своє новорічне привітання в компанії малого онука. Віктор Ющенко, наступний Президент України, задекларував одним з найбільших успіхів своєї адміністрації збільшення виплат за народження дитини. А от його дружина Катерина не може похвалитися тим, що довела до логічного кінця будівництво задекларованої дитячої «лікарні майбутнього». Вже наприкінці строку Віктора Андрійовича в Україні спалахнув так званий артемівський скандал із педофілами, якій, як показав час, був лише черговим інструментом у політичній боротьбі дорослих політиків. Коли проблеми дітей перестануть бути предметом владної демагогії і чи не настав час захищати дітей від самих політиків. Саме так звучить чи не головне питання напередодні Дня захисту дітей.

 

Євгеній Кисельов: Да, вот какой вопрос получается, а не пора ли защищать детей от самих политиков, от политического пиара. Ну, в политике ест власть, есть оппозиция, поэтому я попросил бы сюда выйти к трибунам и представителей этих двух сторон. Пожалуйста, Наталья Королевская, представитель оппозиции, Блок Юлии Тимошенко. Зачастили к нам, Наталья, в гости, нравится?

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Спасибо Евгений, да, нравится.

 

Євгеній Кисельов: Да, и, пожалуйста, Виктор Корж, народный депутат, фракция Партия регионов, в прошлом министр по делам молодежи, семьи и спорта, это в 2006-2007 годах. Верно?

 

Виктор КОРЖ, народный депутата, фракция ПР: Да.

 

Євгеній Кисельов: Здасти, Виктор Петрович, здрасти Наталья Юрьевна.

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ : Здравствуйте всем.

 

Виктор КОРЖ: Добрый вечер всем.

 

Євгеній Кисельов: Вот, смотрите, приведу пример такой. Во время предвыборной кампании и в программе кандидата от оппозиции тогда Виктора Януковича, и в программе нынешнего лидера оппозиции, тогда действующего Премьера Юлии Тимошенко, были обещания относительно детей, слово «дети» было в обоих программах. Ну, вот, скажем, Виктор Янукович в своей предвыборной программе пообещал, что государственное пособие на новорожденного достигнут при его президентстве 100 тысяч гривен за третьего ребенка. Принимая бюджет 2010 Юлия Тимошенко заявляет, что таких денег в бюджете нет. Вот ощущение, что где-то пиар, вот только понять бы где.

 

Виктор КОРЖ: Можно приступить к ответу?

 

Євгеній Кисельов: Да, конечно.

 

Виктор КОРЖ: Ну, вы знаете, во-первых, я очень благодарен, что вы подняли эту тему. Давайте вспомним, в 1991 году украинцев было около 50 миллионов, в 2005 году было 48 миллионов, сегодня – 45 миллионов 997 тысяч. И конечно же динамика демографической ситуации, наверное, в основе своей несет именно заботу о детях, о молодежи, о том поколении, за которым будущее. И не случайно эти темы, конечно же, являются приоритетными для политических сил. Отличием, на мой взгляд, является системность в этом подходе. Давайте не будем анализировать все годы независимости, давайте проанализируем хотя бы последний год. Отсутствие государственного бюджета, отсутствие программы правительства. Ручное управление привело к тому, что почти все программы, связанные с детьми и молодежью, откатились на пару шагов назад, некоторые программы были закрыты полностью – это абсолютная правда, которую…

 

Євгеній Кисельов: Виктор Петрович, вы простите меня, я конкретный вопрос задал, вот про 100 тысяч гривен, они есть в бюджете или их нет в бюджете.

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ : Я хочу сказать детям, хоть принят бюджет, хоть не принят, вообще все равно. Вот либо есть для детей эта помощь, либо ее нет. Вот это и есть результат.

 

Виктор КОРЖ: Конечно, согласен с вами.

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ : Поэтому давайте ближе к реалиям.

 

Виктор КОРЖ: Хорошо, давайте говорить абсолютно конкретно, я кстати, за это двумя руками. Во-первых, все знают, какие чудовищные провалы в экономике сегодня приходится преодолевать, тем не менее, уже в этом году в бюджете заложено более чем на 100 миллионов больше для выплаты детям именно сиротам. Компенсируются недовыплаченные деньги с ноября прошлого года. Увеличена сумма, очень солидно увеличена сумма денег, благодаря которой в лагерях «Артек» и «Молодая гвардия» более 50 тысяч детей будут оздоровлены. Это более 200 миллионов, беспрецедентная сумма. Увеличены средства в разы на поддержку молодежных и детских организаций на преодоление детской беспризорности, которая, к сожалению, имеет место – от 20 до 40 тысяч по разным подсчетам, у нас детей находится на улице. Выделены деньги на достройку брошенных центров социальной реабилитации детей. И бюджет Министерства спорта в целом увеличен с 885 миллионов до миллиарда 400 миллионов. И в этом бюджете, разницу я думаю, вы чувствуете. И в этой разнице находятся деньги и для организации досуга детей, и для их оздоровления, и для строительства новых спортивных объектов для того, чтобы здоровый образ жизни стал для наших детей реальностью, ведь сегодня только 10% детей регулярно занимаются физической культурой и спортом. И на тысячу детей у нас в год приходится 1 30 случаев заболеваемости. К 20 годам у нас 80% детей больны хроническими заболеваниями. Первое место в мире по детскому алкоголизму, поэтому мы бьем в набат и мы принимаем самые радикальные меры. Наша политическая сила, наша коалиция, которая, еще раз повторюсь, и в коалиционном соглашении, и в принятой программе правительства и бюджета от слов перешла к делу. И я вам назвал цифры, который абсолютно четко это подтверждают.

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Я хочу пожелать удачи и коалиции, и политической силе действительно выполнить все те предвыборные обещания, которые были даны Януковичем, когда он был кандидатом в Президенты, потому что… Давайте, мы не будем перебивать друг друга. Потому что, действительно, у каждого политика в период президентской кампании, очень серьезный большой блок занимает программа защиты, поддержки детей, воспитания детей. И как только выборы заканчиваются, о детях, в лучшем случае, спасибо вам Евгений, напоминают 1 июня, когда наступает праздник. И то, не всегда. И этим грешат, я бы здесь не поддерживала позицию Виктора, кто лучше, кто хуже, грешат все политические силы, потому что рассказывать сейчас людям, какой был бюджет 885 миллионов Министерства молодежи и спорта, а стал миллиард 300. Так я вам хочу сказать, люди не 885 миллионов не чувствовали, что является немалыми деньгами, также люди не почувствуют и миллиарда 300. Потому что, к сожалению, нет еще целевой государственной программы, потому что, к сожалению, не пришло еще осознание того, какими мы сегодня видим наших детей, такими мы увидим нашу Украину через 20-30 лет. И вот права маленьких граждан, возможности маленьких граждан – это, в первую очередь, тест на состояние вообще нашей государственности. И сегодня действительно стимулируется рождение ребенка, и благодаря Тимошенко были введены эти нормы в бюджет, и сегодня поддерживаются в бюджете Януковича – 25 тысяч, 50 тысяч – выплачивается, рождаемость стимулируется.

 

Євгеній Кисельов: Извините, я перебью, Наталья, вот, я просто хочу уточнить. Юлия Владимировна, по-моему, в своей предвыборной программе писала, что она была инициатором выделения этих денег на рожденного ребенка, так? А Виктор Ющенко, предыдущий Президент, всегда авторство себе приписывал, это было даже в его программе «10 шагов навстречу людям».

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: У нас Виктор Ющенко все хорошее себе приписывал, а все плохо списывал Тимошенко, поэтому там…

 

Євгеній Кисельов: Здесь у нас есть министр…

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Можно я закончу свое вступительное слово, потом мы разберемся все-таки кто кому что приписывал. Я считаю, кто заложил бюджет и кто смог выполнить эту программу в бюджете, а смогла выполнить Тимошенко, даже в очень сложном 2009 году, когда, мы понимаем, денег в бюджете не хватало ни на что, а она находила возможности выплачивать. Но важно другое, сейчас 2010 год, год, когда мы видим тенденцию экономического восстановления после экономического кризиса. И вот 130 гривен на содержание ребенка, которое выплачивается мамам сегодня, мы прекрасно понимаем, что содержать за эти деньги ребенка невозможно, и не нужно обманывать себя, и не нужно обманывать людей. Мы также понимаем, что стимулирую рождаемость, мы не стимулируем содержание ребенка потом. И сейчас легче пятерых детей родить, чем одного ребенка вырастить, дать ему достойное образование.

 

Євгеній Кисельов: Не рожать что ли?

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Рожать нужно, но государству нужно комплексно понять, что сегодня не инвестируя деньги в детей, не платя, не выплачивая достойное содержание ребенка. А что такое достойное содержание? Детские садики – сегодня колоссальная проблема, колоссальная. Школы. У нас сегодня школы держатся еще благодаря той советской закалке учителей, когда это все на духе держится, а не на программах государственных. Возможность поступить в высшее учебное заведение, я бы разделила это, я всегда настаиваю на том, что жизнь в Киеве и жизнь в регионах – это как черное и белое, потому что в регионах дети сейчас не имеют возможности не поступить в высшее учебное заведение, не получить качественное образование, не получить первое место работы. И здесь правильно Виктор говорил, у нас первая страна в мире по детскому алкоголизму. Почему – потому что нет тех возможностей и условий. Я вот сама родилась в маленьком городе Красный Луч, это Луганская область. И в то время, вот в том маленьком городочке я была в прекрасном детском садике, я училась в очень достойной школе, где мне дали прекраснейшую базу и прекрасно заложили знания и принципы. Я имела возможность поступить в высшее учебное заведение. На мне еще сработал вот тот, советский, я бы сказала, социальный лифт, которые дал возможность реализовать свои заложенные возможности внутри. Сегодня такой социальный лифт не работает, сегодня дети в регионах, в небольших городах, чувствуют себя гораздо более ограничено, чем дети, которые живут в областных и в центре столицы, поэтому наша задача сегодня вот создать общегосударственные стандарты, общегосударственные условия. А вот я бы хотела напомнить недавнюю тезу господина Табачника, министра образования, который сказал, что нужно сельские школы сократить и укрупнить их. И мы будем детей из маленьких сел возить в более крупные села, где останутся школы. И я вот недавно была в небольшом поселке Грушовое Луганской области, где десяток лет назад была закрыта шахта. Вот там нет сейчас рабочих мест, там нет сейчас людей младше 70 лет, там нет канализации, нет воды, нет телефона и нет сообщения вот между этим поселком и городом, который есть рядом и там нет действительно ни школы, ни детского садика, там жизнь умерла. И если мы сейчас начнем закрывать сельские школы, то мы доведем большинство вот таких сложных поселков просто до того, что там начнет умирать жизнь.

 

Євгеній Кисельов: И там за Партию регионов продолжают голосовать?

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Продолжают голосовать за Партии регионов, но я еще хочу там привести небольшой пример, когда у меня закончилась встреча с избирателями, меня пригласили избиратели на свадьбу, говорят, у меня сегодня свадьба. Мне неудобно было, ну, я незнакомый человек достаточно, я говорю, ну, мне неудобно, давайте подарим цветы. Мне говорят, да вы не понимаете, у нас сегодня праздник всего поселка, потому что это первая свадьба за последние 10 лет. К нас сегодня впервые вернулись молодые, решили пожениться, и здесь решили вот начинать возрождать жизнь. Весь поселок действительно живет этим событием и надеждой, что там возродиться жизнь. Поэтому нам сегодня нужно понимать, что государство должно оплачивать не выгодные школы, должны оплачивать и увеличивать количество бюджетных мест, что кстати обещал Янукович, до 75% ВУЗов увеличить количество бюджетных мест. Всем политикам, это одна из тех небольших площадок, где не должно быть политических цветов, мы должны объединяться для того, чтобы у детей был социальный лифт, чтобы дети могли реализовывать свои возможности, могли учиться в хороших школах, учиться в ВУЗах и получать первое рабочее место, тогда у нас автоматически будут падать показатели по алкоголизму детскому, по преступности детской, потому что мы дадим абсолютно другие социологические условия для детей. Это наша главная задача и мы со своей стороны подали все законопроекты в Раду, которые обещала ваша политическая сила и которые готова поддержать наша политическая сила, потому что не должно быть политического пиара на детях.

 

Виктор КОРЖ: Согласен.

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Сегодня, у нас к сожалению, на 5 гривен пиара, а на 1000 гривен рассказывают о том, как на 5 гривен помогли, поэтому вот наша задача сегодня объединить все усилия всех политиков на то, чтобы реализовать программу и Януковича, и Тимошенко, но чтобы дети сегодня были уверены в завтрашнем дне, и мои, и ваши, и телезрители, которые смотрят. И дети были уверены, что есть социальный лифт, самого маленького, с самого глубинного города в нашей области, в нашей стране иметь возможность получить самое достойное и качественное образование, тогда мы выполним свою миссию политика.

 

Виктор КОРЖ: Я согласен практически со всем тем, что сказал Наталья. Есть, конечно же, масса проблем.

 

Євгеній Кисельов: А с чем то не согласны?

 

Виктор КОРЖ: И проблема уже в том даже, что у нас мест в ВУЗах в 2 раза больше. Чем выпускников школ, с одной стороны в городах, с другой стороны, у нас в прошлом году с карты Украины исчезло более 100 населенных пунктов, к сожалению, огромному, и там, наверное, уже не нужны, в том числе и школы. И, к огромному сожалению, мы не преодолели негативную демографическую тенденцию, у нас смертность еще превышает рождаемость. Но, я повторюсь, я согласен практически со всем, но реализовать это можно только в случае экономического роста, роста экономики нашей страны. К огромному, повторюсь опять таки, сожалению, ваша политическая сила дважды продемонстрировала спад, дважды продемонстрировала то, что она не в состоянии добиться устойчивого экономического роста, что только и может быть базой для внедрения всех социальных программ, о которых мы сегодня говорим. И мне очень приятно сегодня сказать нашим зрителям и присутствующим в зале о том, что статистика, которая есть за эти месяцы уже подтверждает снова положительные показатели возрождения нашего государства, и я думаю, та программа президента Виктора Федоровича Януковича, программа экономических реформ, которая будет презентована уже в ближайшие дни, она будет залогом того, что эта динамика будет стабильно устойчивой. И наполнение бюджета, создание рабочих мест, так сказать, все эти факторы приведут к тому, что мы шаг за шагом будет реализовывать предвыборную программу Президента. И мне очень неприятно, я бы даже сказал, что это выглядит цинично, когда коалиция в течении первого, второго месяца работы Президента и правительства уже значит настаивает на реализации всех предвыборных обещаний, это не солидно, это не серьезно.

 

Євгеній Кисельов: Оппозиция?

 

Виктор КОРЖ: Оппозиция, да. и все прекрасно понимаю, что это невозможно сделать в течении считанных месяцев – эта программа будет реализовываться в течение 5 лет, поэтапно. И конечно же, все положения, которые в ней заложены, они безусловно будут выполнены.

 

Євгеній Кисельов: Виктор Федорович, давайте мы, простите, пожалуйста…

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Мы полностью вас поддержим, я извиняюсь, но когда вы бы дали нам программу, где четко написали – вот 100 тысяч будем платить в таком то месяце, в таком то году, что бюджетные места создадим вон тогда. И мы бы сказали – да, это действительно вкладывается в норму, а когда это выглядит только обещаниями, нас это конечно беспокоит. Но даже не в этом вопрос, вот касательно экономики, вы сейчас говорили, все прекрасно помнят 2009 год и сложнейший мировой кризис, то я бы вам посоветовала все-таки сначала создать эту экономическую платформу, знаете как, перепрыгнуть все экономические барьеры, а потом сказать – гоп. А вы все бегаете, кричите, вот мы. Вот дай Бог, дай Бог, чтобы у нас было экономическое процветание в стране и здесь я думаю не найдется ни одного политика, который бы сказал, что он против этого. Но сейчас мы также наблюдаем как кошмариться бизнес, как жутко ведут себя контролирующие органы, что действительно в экономике не все так просто, что лихорадит весь мир, что стоит страна на пороге второго экономического кризиса. Давайте сейчас сосредотачивать все усилия на том, чтобы проводить реформы, а не декларировать свои намерения. Вот за реформы, за улучшение стандартов, за поддержку детей мы всегда будем вместе и мы не будем делить себя на коалицию, на оппозицию, мы будем работать на улучшение качества жизни людей.

 

Євгеній Кисельов: Ради Бога, дайте мне подключить к разговору людей, которые прям как школьники, как те самые дети в первом классе послушно поднимают руку. Вот я хотел послушать господина Павленко, все-таки я вернусь назад, там речь шла о Президенте Ющенко, так все-таки, кто автор идеи по поводу выплачивания денег на рождаемого ребенка.

 

Юрий ПАВЛЕНКО, экс-министр в делах семьи: Буквально декілька тез. Ну бачите, наші політики замість того, щоб говорити про інтереси, потреби та систему захисту дітей, знову звели дискусію про дитинство, про захист дитинства до світової революції, до світової кризи, до будь-чого, тільки не до проблеми конкретної дитини, котра потребує конкретних рішень. Більш того, в двох виступах було допущено дуже багато неточностей, які, я переконаний, не може дозволяти собі політик, говорячи про дитину. Починаючи від допомоги при народженні дитини. Так, справді, допомога при народженні дитини була ключовим пунктом програми Президента Ющенко, з якою він шов на вибори у 2004 році. І 1 квітня 2005 року через 2 місяця після інаугурації змінами до бюджету була введена допомога при народженні дитини 8 з половиною тисяч гривень. Потім за результатами виборів 2007 року були введені додаткові зміни і з’явилася допомога 25 і 50 тисяч на 2 і відповідно 3 дитину. І це була ключова політика Президента, не просто виплати при народженні дитини, а взагалі зміна політики держави до дитини, коли президент взяв цю політику, як свою пріоритетну, контролюючи її в щоденному режимі. І там ще можна назвати інших 15 видів допомоги, які були збільшені від 5 до 12-13 разів. Що це дало? Було багато тоді розмов, що ми фактично інвестуємо якісь кризові сім’ї, якихось там незрозумілих мамок, які будуть за гроші народжувати дітей. І мені приємно сказати, що ця позиція – вона не підтвердилась за підсумками 5 років. Якщо в 2004 році в Україні народилося 426 тисяч дітей, то в минулому році вже майже 530 тисяч дітей. Тільки за 5 років на 100 тисяч збільшилось народжувальності за рік.

 

Євгеній Кисельов: То есть, у Ющенко не было пиара, у него был результат?

 

Юрий ПАВЛЕНКО: Це при тому, що з 1986 року в Україні спостерігалося скорочення народжуваності, а 2001-2005 рік ми пережили найстрашнішу демографічну яму, яка взагалі, знаєте, точка неповернення далі відродження. Ті заходи, які були зроблені президентом Ющенком і всіма урядами, які працювали протягом цих років, і урядом Тимошенко 2005 року, і урядом Єханурова 2006 року, і урядом Януковича 2007 року, і урядом Тимошенко 8-9 рік, вони фактично в одному напрямку були єдиною з політикою Президента. Я можу сказати, що дитинство, політика дитяча, політика захисту дитини, вона повинна бути позапартійною політикою, поза цією дискусією, ні жодним чином не можна використовувати в будь-яких там політичних дрібних цілях і мені приємно, що всі лідери, всі ключові лідери держави стоять на цих позиціях, і я впевнений, що ті найкращі починання, які були зроблені президентом Ющенко будуть продовжені президентом Януковичем.

 

Євгеній Кисельов: А вот знаете, я сейчас такую короткую интерлюдию, короткую паузу предлагаю в нашей программе, мы специально записали короткие интервью с маленькими детьми о том, мы слышали, что политики думают о детях, давайте теперь послушаем, что дети думают о политиках.

 

Кореспондент: Вопрос: «Кого із політиків я знаю».

 

СИНХРОН: Ребенок 1: «Юлия Тимошенко, Виктор Янукович».

 

СИНХРОН: Ребенок 2: « Ющенко, Мороз, Яценюк».

 

СИНХРОН: Ребенок 3: «Януковича знаю, Ющенко знаю, знаю Юлию Тимошенко, Морозова».

 

СИНХРОН: Ребенок 4: «Юлия Тимошенко, Виктора Януковича, Тигипку».

 

СИНХРОН: Ребенок 5: «Никого, я не интересуюсь политикой».

 

Кореспондент: Вопрос: «Про Януковича..».

 

СИНХРОН: Ребенок 1: «Хороший человек».

 

СИНХРОН: Ребенок 6: «Виктора Януковича я уважаю, потому что, ну, он Президент Украины и уважаю его за то, что его выбрал народ. В прошлом он был бизнесменом».

 

СИНХРОН: Ребенок 3: «Серьезный».

 

СИНХРОН: Ребенок 2: «Он решает какие-то вопросы».

 

СИНХРОН: Ребенок 1: «На счет экономики, учебы, образования».

 

Кореспондент: Вопрос: «Про Тимошенко…».

 

СИНХРОН: Ребенок 6: «Я так особо за ней не слежу, но могу сказать, что она много чего обещает, например, вот как поострить метро. Ну, много обещает и ничего не может сделать».

 

СИНХРОН: Ребенок 7: «Она умеет управлять людьми, очень хорошо».

 

СИНХРОН: Ребенок 3: «Косица у нее очень красивая».

 

СИНХРОН: Ребенок 5: «Ну, она была раньше Премьер-министром, но потом, когда пришел к власти Янукович, то он убрал как бы конкурентов».

 

СИНХРОН: Ребенок 2: «Прическа красивая».

 

Кореспондент: Вопрос: «Про Ющенка…».

 

СИНХРОН: Ребенок 6: «Говорил, говорил, что построит всякие поликлиники и все такое. Построил? Нет, конечно».

 

СИНХРОН: Ребенок 7: «Он много обещал, за него гигантская была поддержка на Майдане, когда было, революцию он даже создал. Но он ничего такого не сделал важного для страны».

 

Кореспондент: Вопрос: «Побажання політикам…».

 

СИНХРОН: Ребенок 8: «Мудрости, потому что без мудрости управлять страной – это сложно. И наверное, я бы им пожелала вот от всего сердца любить нашу страну, потому что если человек работает на благо страны, его дела приносят какие-то хорошие плоды».

 

СИНХРОН: Ребенок 7: «Чтобы они лучше управляли людьми, вот именно Виктор Янукович, чтобы он делал правильные решения».

 

СИНХРОН: Ребенок 4: «Мне бы вот хотелось, чтобы они убрали качество такое, как эгоизм. Ну, то, что вот деньги страны они ложат вот себе в карман».

 

СИНХРОН: Ребенок 3: «Чтоб за них голосовали».

 

СИНХРОН: Ребенок 5: «Чтоб больше работали».

 

Кореспондент: «Дітей треба захищати від…»ю

 

СИНХРОН: Ребенок 9: «Улица – это самая такая большая опасность для ребенка».

 

СИНХРОН: Ребенок 7: «От тех, кто позволяет себе слишком много, например ударить».

 

СИНХРОН: Ребенок 6: «От бандитов всяких, от маньяков».

 

СИНХРОН: Ребенок 5: «От наркомании, от алкоголя, чтобы неполнолетние не употребляли этого всего».

 

СИНХРОН: Ребенок 2: «От наркоманов, от маньяков, от там всяких других извращенцев».

 

СИНХРОН: Ребенок 8: «Это не должно делаться для какой-нибудь рекламы, пиара или просто потому, что это хорошо, это должно делаться от чистого сердца для того, чтобы помочь вот детям».

 

Євгеній Кисельов: Что-то вы хмуритесь и щуритесь, Евгений Олегович. Обращаюсь к Евгению Комаровскому, известному детскому врачу и общественному деятелю.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Это моя новая характеристика.

 

Євгеній Кисельов: Ну, тем не менее, выступаете в печатях, к нам приходите, колонку пишите, там, программу ведете, лекции читаете.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Мы дожили до того, что в кои-то времена мы решили-таки в вечернее время всей страной обсудить проблемы защиты детей. В результате мы уже потеряли пол часа на выяснение, кто больше любит детей, кто их больше защищает. Все пришли с бумажками, на которых написано, как мы их любим, пытаемся материализовать эту любовь. Вот мы любим на 100 тысяч, а вы любите только на 50. А мне, как человеку, который занимается этим уже 32 года, мне чего-то кажется, что любят детей иначе и защищают их по другому, это мое мнение. Главный ваш вопрос был такой – надо ли детей защищать от действий политиков, да, мы с этого начали. Скорее нет, не надо, потому что действий по отношению к детям, реальных действий, на самом деле реально мало. Вот от бездействия защищать надо, это однозначно. И поэтому, вот просто редко удается вот просто детскому врачу, которого вы даже обзываете политическим деятелем.

 

Євгеній Кисельов: Общественным.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Да, общественным, спасибо, найти время, чтобы, ну, может, ребята, сказать, вот знаете, как у бандитов когда-то был закон, бандиты врачей не трогают. Вот надо просто вести детство – мораторий. Ну вот давайте мы там где-то в других местах может свистнем, а вот тут не будем трогать, ну святое это. И давайте просто выстроим цепочку того, от чего надо защищать детей, но не с точки зрения политиков, а вот с точки зрения простого детского врача. Я вам расскажу, если вам это интересно. Ну, прежде всего, надо защищать наших детей от мам и пап. Ну, потому что они, нифига, извините, не знают, что с этими детьми делать, понимаете, а мы им даем деньги – говорим, размножайтесь ребята, нате вам деньги, давайте. Но мы ж давайте их научим сначала, ну, машину чтоб водить надо научиться, а чтоб детей делать нам там друзья расскажут в подъезде. Первое. Второе, от чего надо защитить детей – от детских учреждений. От детского сада, где сплошь и рядом – дождь плохая погода и гулять уже нельзя, от школы, где понятие детский спорт оно уже погибает просто, в школах об этом не думают. И смотрите, вся страна месяцами обсуждает исторические проблемы или мы тут пишем диссертации по пятибалльной системе или по двенадцатибалльной, оценивать детей, мы думаем, что мы их таким образом защищаем. Да, а о том, что дети умирают на уроках физкультуры, о том, что компьютеризация жизни детей приводит там к абсолютной деградации сердечнососудистой системы, давайте мы об этом говорим. Давайте, в конце концов, поймем, что главными защитниками детей являются детские врачи. И до того, как мы начнем строить больницы будущего, до того, как мы поставим стенки, нам надо сохранить самое главное, что хоть чуть-чуть еще осталось. Это заканчивается, не может, как вы говорите, Наталья Юрьевна, не может мама на это пособие выжить, да, а детский врач может на свою зарплату выжить? Они же, как класс, заканчиваются.

 

Євгеній Кисельов: Евгений Олегович, можно перебью, один вопрос. Вот просто вы заговорили про «больницу будущего», но вот при этом, при всем, что вы говорите, нам надо знать, вот здесь, предположим, присутствует представитель того самого Фонда, международного благотворительного фонда «Украина 3000», который обещал построить «больницу будущего» и не построили. Вот теперь что, в 2012 году собирается завершить работу. Или забыть об этом и не спрашивать.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Об этом забывать нельзя категорически, хотя бы потому что, вы знаете, к сожалению, хотели как лучше, получилось, как всегда. Куда делись эти деньги – многие задают себе вопросы. Проблема в другом – в том, что после «больницы будущего», которая вот показалась, как мираж и исчезла, никто не знает куда, в банке лежат эти деньги и ждут нас. Но просто само понятие «больница будущего» отвратило большое количество людей от самой мысли о благотворительности. Стало страшно, мы не верим, мы уже не верим в добро, вот что страшно. И значит, что кто-то кому-то помешал эту больницу построить, я это допускаю. Я не очень верю в то, что жена Президента может прийти и кому-то сказать – подпишите, а ей скажут – идите отсюда, мне некогда. Я вот в это не верю.

 

Євгеній Кисельов: Давайте послушаем, что говорит представитель жены Президента, Александр Владимирович Максимчук – глава правления того самого Международного благотворительного фонда «Украина 3000», который занимается строительством этой самой больницы. Она строится?

 

Александр МАКСИМЧУК, МБФ «Украина 3000»: Ну, насправді, займається будівництвом лікарня «Держава». Це основна теза, тому що я хотів би нагадати, що згідно постанови Кабінету міністрів від 2006 року було прийнято рішення будувати Всеукраїнський центр охорони здоров’я матері і дитини. Постанова в травні і в грудні цього ж року наш Фонд підтримав ініціативу уряду, підтримав ініціативу влади і дійсно закликав громад кість, закликав великий бізнес долучитися до цього великого національного проекту. Телемарафон проводився в грудні 2006 року, після цього зразу були прийняті рішення заключити угоду з державним управлінням справами, який є замовником будівництва у тій постанові і відповідно ми допомагали державі це робити. Яким чином ми допомагали – це виписано в угодах, які бачили дуже багато з присутніх політиків, до цього проекту долучилися хотів би сказати дуже багато громадян і можна говорити, є в мене графіки, скільки ж відсотків це громадяни, скільки бізнесмени і так далі. 5%, навіть менше, 2% – це дійсно гроші фізичних осіб, більшість грошей – це гроші великих бізнесменів, але не це головне. Гроші є, дійсно пан Комаровський каже, десь вони можливо в банку, вони в банку, в державному ексімбанку, всі до копій очки і вони навіть примножені. Що значить примножені – ми отримали трошечкі більше 80 мільйонів від благодійників за цей період. На сьогоднішній день наша статистика показує, що доходи фонду, або ти гроші, що ми отримали – це 137 мільйонів, це плюс пасивні гроші, це депозитні гроші, гроші лежать на депозиті, вони нараховуються. Чи будується ця лікарня? Звичайно, вона будується, ви навіт бачили в сюжеті, що є ділянка, є техніка, закінчені підготовчі роботи, інженерна підготовка ділянки. Це документація проектна, зараз ми сподіваємося в дуже швидкому часі вийти з експертизи. І відповідно – є гроші, є проект, є бажання будувати цю лікарню.

 

Євгеній Кисельов: Александра Владимировна, а чего вы смеетесь?

 

Александра КУЖЕЛЬ, зам.главы «Силой Украины»: Ну, вспомнила китайцев, с которыми я встречалась, они за год город строят и подумала, как нам далеко до Китая, мы 5 лет документацию выпускаем – это при том, что управление делами напрямую подчиняется только Президенту, только Державне управління справами. То есть тут никакое правительство, никто не мог помешать. Вопрос заключается совершенно в другом. Если есть политическая воля – тогда что-то происходит, а хотела я сказать, меня немножко Евгений опередил, я тоже очень обрадовалась теме, в которую вы пригласили. И очень хотела бы, чтобы мы поменяли акценты, потому что дети начинаются не из защиты, и не от родителей, я хотела сказать, что вот тут политические силы, слава Господи, что нет выборов и можно не бороться, да, а поговорить о том, что я очень совпала в сегодняшний день, где я была утром. Была конференция ОБСЕ о гендерной политики в Украине. Вы знаете, который раз мы не только по конкурентности там или по предпринимательству, мы последнее место занимаем, последние места наравне со самыми отсталыми африканскими странами по гендерному вопросу. У нас 7% женщин в парламенте – это вы хотите сказать, что мужчины будут заниматься вопросами защиты детей, созданием условий, которые говорил Евгений – не верю. Первый вопрос – это нужно решить европейскую норму, чтобы были представлены женщины во всех органа власти, в этом, к сожалению, сейчас в правительстве даже одной женщины нет. Это раз. Второе – мы за 17 лет независимости потеряли уважение к семье. Не детский врач главный в защите детей, это уже запущенный ребенок, когда мы идем к детскому врачу. Самое главное – это семья. И если нет уважения к семье, если нет государственной поддержки семьи, если везде пропагандируется свобода любви, всякие развраты, нету ячейки самой.

 

Євгеній Кисельов: Вот оно как.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Я прошу прощения, у вас есть свое мнение, у меня есть свое мнение, как мамы, как бабушки, что семья – это самое главное. Там ребенок учиться всем основным моментам и все, что говорили дети – это все, что они слышали на кухне, это очень редко, ну, учителя об этом не говорят, учителя, не то, что от них надо защищать – я бы каждому учителю сегодня, откровенно, дала Героя Украины, потому что принимать тех детей, которыми никто не занимается, в каких условиях выживают их родители, выплачивая кредиты и так далее, и так далее – приходят нервные не видя детей. На самом деле вопросы наркомании, Евгений, я 15 лет в политике, из них 10 лет мы с Тигипко ведем программу борьбы с наркоманией. У нас есть собственный, и Тигипко деньги вложил, и родители, в Полтаве центр реабилитации, у нас 100 детей мы вернули, у нас своя методология. Сколько я пыталась пригласить журналистов – эта тема не интересна. А 120 тысяч детей ежегодно умирает, и это никому не надо в нашей стране. Почему вы говорите – дети умирают на физкультурах, вы говорите – занимаетесь спортом. А вы попробуйте, спросите вот студенты сидят, кто из них имеет деньги зайти хоть в один спортклуб Киева, где они еще кроме этого могут позаниматься – да нигде.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Я только не могу понять, почему вы, вот вы, вы, политики, правители спрашиваете у нас, у нас, где нам взять деньги? Минуточку.

 

Александра КУЖЕЛЬ: А я не спрашиваю.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: А я вам вот что скажу, знаете, в чем главная ошибка, ваша…

 

Александра КУЖЕЛЬ: Евгений, вы меня с кем-то спутали, я про деньги у вас не спрашивала. У вас у медиков не спрашивают, где деньги, у вас спрашивают только, сколько заплатить.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Нет уж ки. Неправильно, а я вам объясню что.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Так уж ки.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Так вот, вы сказали и вот в этом ваша принципиальная ошибка, что к доктору ходят, когда заболеют. Вот это ваша ошибка, доктора, медицина, настоящая – профилактическая, и деньги, и к доктору спросить надо сначала. Спасибо.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Я согласна, абсолютно согласна, профилактика должна быть.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Так что же вы так, я оказывается тоже что-то в этом понимаю, оказывается, да, спасибо. Так вот, я вам вот что хочу сказать, что когда мы, принципиально, я считаю, что вы идете, вот политики, которым наше мнение не интересно – вам интересует мнение главных врачей, академиков.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Почему, очень интересно.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Да до вас не пробьешься, в принципе. Так вот, я вам расскажу, смотрите, суть в чем. Вот то, что вы строите благотворительно, кто угодно, больницы будущего, настоящего, стационары – это, однозначно, дело государства.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Согласна.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Стационарная медицина – это круто, а вот то, что внизу – это намного важнее. И если бы те деньги, что мы собрали на «больницу будущего» были потрачены на образование участковых педиатров, на их нормальную жизнь, на компьютеризацию поликлиник, чтоб мы не сидели здесь, на учебники для них, на повышение квалификации настоящее, то мы бы видели эффекты уже сейчас, а вы нам рассказываете, что они там лежат и приносят доходы, а педиатры они уже всей страной лежат. И скоро не встанут.

 

Євгеній Кисельов: Евгений Олегович, хочется послушать мнение, у нас присутствует редкий гость – директор благотворительного Фонда Рината Ахметова. Вот куда должны идти благотворительные деньги?

 

Анатолий ЗАБОЛОТНЫЙ, БФ «Развитие Украины»: Ну, во-первых, спор, мне кажется, немножко, немножко странный спор, потому что это как ребенка спрашивать, кто важнее, кто для тебя лучше – папа или мама, да, то есть институты и странно спорить, вот институт врачей, институт школы или институт семьи важнее. Все институты важны и, кстати, политики тоже важны. Вот политики в этой системе тоже играют определенную роль. Я бы им воспитание детей не доверил бы на самом деле, но роль они свою играют.

 

Євгеній Кисельов: А можно сказать, извините, я вас перебью, вопрос «на засыпку», а сколько Ринат Леонидович тратит на благотворительность?

 

Анатолий ЗАБОЛОТНЫЙ: Ну, я могу сказать, сколько он тратит.

 

Євгеній Кисельов: Ну, скажите.

 

Анатолий ЗАБОЛОТНЫЙ: Цифра опубликована, это, в общем, сотни и сотни миллионов гривен на самом деле за те последние 10 лет, сейчас подвели итоги. А вся статистка подведена. Я могу сказать, сколько по Фонду нашему тратит, допустим, по Фонду «Развитие Украины». Это 27 миллионов долларов в позапрошлом году.

 

Євгеній Кисельов: Ну, скажем, на детскую медицину там есть?

 

Анатолий ЗАБОЛОТНЫЙ: Там есть на детскую медицину, там есть и на детей сирот, там есть и на многодетные семьи, там есть, без всяких сомнений. По… ну, детская медицина тоже как онкология, как часть онкологии, то есть конечно занимает большой класс.

 

Євгеній Кисельов: А вот здесь еще у нас есть представитель другой благотв… правильно вас назвать, благотворительная организация, это Фонд помощи детям сиротам, да, Наталья Уварова. Наталья Николаевна, скажите, пожалуйста, вот ваше отношение, вот у вас нет ощущения, что есть какая-то мода на помощь сиротам, что это в значительной степени политический пиар?

 

Наталья УВАРОВА: Добрый вечер. Я хочу сказать, что сейчас мы занимаемся тем, что мы хотим помочь детям сиротам. И когда мы начали развивать этот проект, мы его начали развивать с тем, чтобы привлечь детей не их политики, а привлечь людей влиятельных с нашей страны для того, чтобы это делать. И когда мы подошли к этому вопросу, у нас получилась какая ситуация – у нас получается дети-сироты равно пиар. Когда мы предлагаем какому-то предприятию, мы говорим, а вы можете что-то сделать для детей – они говорят: какое будет телевиденье и когда это покажут. Это сразу возникает вопрос.

 

Євгеній Кисельов: Слышите. Первый вопрос, а покажут ли нас по телевизору.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Можно я не соглашусь?

 

Євгеній Кисельов: Не согласитесь, конечно.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Я первый приведу вам пример. Есть мальчик, который 5 лет назад, меня попросили стать крестной его, его папа сидел в тюрьме за то, что он убил его маму. Мальчик учился в интернате для недоразвитых, а девочку попросили еще двух политиков стать. Так вот этот мальчик сегодня на следующий год заканчивает школу в нормальном хорошем интернате Буча, где все преподаватели, учители помогают. Этот ребенок называет меня крестной, и уже вот такой мальчишка шикарный с великолепным развитием. Я никогда этого нигде не говорила. Я 5 лет занималась Цюрипинским детским домом и никогда это не говорила, где у детей нет рук и ног, это не правда, что это все делают. Я знаю, Юрий Бойко запрещает говорить о своей благотворительности, я первый раз это говорю, он вкладывает огромные деньги в поддержку детских домов и это я знаю со стороны. Я знаю программы Ярославского, его компаньонов, которые нигде не публикуются.

 

Євгеній Кисельов: Теперь люди хотя бы будут знать к кому обращаться, к Ярославскому, к вам.

 

Александра КУЖЕЛЬ: Сбирают деньги на операции детей и у него целая программа, которая работает по детям, церебральный паралич. И они никогда это нигде не показывают. Так что очень много политиков, которые не, я знаю и программы и у Юлии Тимошенко есть депутаты, которые помогали этот год, мы работали и очень много обращались. Вопрос заключается, что вот, когда мы начинаем говорить, что я с Евгением согласна, это должно стать государственной программой. Вы смотрели программы операции детей, там дети стоят очередь на 7-10 лет вперед, а там надо вложить небольшие деньги и будет сохранен гражданин Украины.

 

Юрий ПАВЛЕНКО: Я трошки два слова посерединку.

 

Євгеній Кисельов: Вы знаете, у нас, к сожалению, просто времени даже на 2 слова не остается, извините, пожалуйста.

 

Юрий ПАВЛЕНКО: Можно роль какую-то политикам отвести, а то складывается впечатление, что они вообще никому не нужны. Может позволите пару слов.

 

Євгеній Кисельов: У нас 10 секунд до конца передачи.

 

Юрий ПАВЛЕНКО: Саме головне, що ми говорили – це для дитини головне тато і мама. І коли ми говоримо про сирот, завдання держави, благодійних, громадських, інших ситуацій, кожній дитині, яка втратила свого тата і мамо дати тато і мамо. І тут їй повинна допомогти держава, вчитель, лікар, служби у справах дітей, кожен політик і мені приємно сказати, що за 5 років кількість дітей сиріт, що втратили тато і мамо зросла в 28 разів.

 

Наталья КОРОЛЕВСКАЯ: Я за одно, действительно, чтобы перестали политики пиариться на детях, а лучше приходили и не рассказывали, что они сделали, а вот когда детей спрашивали бы, то дети говорили – да, у нас все есть, мы живем в прекрасном достатке, в прекрасных школах и нам помогает и как социально-гарантированный бизнес…

 

Євгеній Кисельов: Киваете, согласны?

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Я согласен, но мы все равно продолжаем… я только последнее слово, два слова скажу.

 

Євгеній Кисельов: Последнее прошу детскому врачу.

 

Евгений КОМАРОВСКИЙ: Ребята, вы можете согласны быть или нет, но помогите в первую очередь, пожалуйста, прошу вас, участковым педиатрам, иначе будет катастрофа.

 

Євгеній Кисельов: Господа, вы видите конечный результат нашего голосования, такой, ну, не очень хороший, на мой взгляд, не внушающий оптимизма в отношении того, как граждане относятся к такой ценности, как свобода слова, но с другой стороны там 32% людей, которые готовы свободу средств массовой информации защищать, это на самом деле не так уж и плохо, во всяком случае среди зрителей нашей программы. Я очень извиняюсь перед теми, кто не имел возможности до конца высказать весь набор своих богатых мыслей и идей, надеюсь, что мы все-таки не только накануне первого июня будем говорить на эти темы, но и в другие дни. И на этом к сожалению все, программа наша подошла к концу, до встречи в следующую пятницу.